cheap bike jerseys

Two hours into the ceremony, Alfonso Cuaron's box office hit and visual marvel "Gravity" had accrued six Oscars, winning for cinematography, editing, score, visual effects, sound mixing and sound editing. mlb jerseys You can't get that readily from canned pineapple. It has to come from a fresh pineapple. So when you first buy your pineapple, one of the things you want to do is take it and put it in something and turn it upside down. ALICE MONSAERT: This piece of equipment is called the BOSU, B O S U. It stands for "both sides up," and it evolved into the fitness industry from the stability ball. The stability ball is nice and round. Wine is a wonderful accompaniment to this dish. A chianti or zinfandel is a traditional wine paired with tomato sauce and pasta. The cannoli is a popular Italian desert that consists of a deep fried pastry with a sweet ricotta cream filling that is sprinkled with powdered sugar.. Many cereals contain refined grains that are sweetened with sugar. Although these cereals may taste good, they are high glycemic foods that can rapidly increase your blood sugar levels and soon lead to low blood sugar and more sugar cravings. Sugared cereals are especially dangerous and even life threatening foods for diabetics. Cooking (especially boiling) can zap up to 50 percent of the antioxidants in some vegetables, according to a 2009 study published in the Journal of Food Science.confirm what we suspected for some time: A positive outlook on life and laughter can actually help you to live longer, Harry says. For example, a Yale University study of older adults found that people with a positive outlook on the aging process lived more than seven years longer than those who did not, while a 2012 study published in Aging found that positivity and laughter are defining characteristics in people who celebrate their 100th birthday.Positive thinking increases the brain levels of the hormone Brain Derived Neurotropic Factor, which improves memory, helps to alleviate depression, and fights Alzheimer disease, Harry explains. What more, the simple act of laughing decreases levels of the stress hormone cortisol as well as inflammation, she says.Reach Your Target BMI: Add 3 YearsA barometer of body composition, body mass index (BMI) compares weight to height by dividing weight measurement (in kilograms) by squared height measurement (in meters). When we first started I said, 'I don't know. indianapoliscoltsjerseyspop Brad Pitt, left, and Steve McQueen pose in the press room with the award for best picture for "12 Years a Slave" during the Oscars at the Dolby Theatre on Sunday, March 2, 2014, in Los Angeles. It marks the first time a film directed by a black filmmaker has won best picture. The moptop prof communicates as if in the midst of a very jolly acid trip, all blissed out smiles and wide credulous eyes.

cheap nfl jersyes

And it's been an honor to be here for this first season.". cheap jerseys Singing his nominated "Happy" from "Despicable Me 2," Pharrell Williams had Streep and Leonardo DiCaprio dancing in the aisles.. She had pizza delivered, appealing to Harvey Weinstein to pitch in, and gathered stars to snap a selfie she hoped would be a record setter on Twitter, (1.4 million tweets in an hour and still counting). Sir David would have got a lot closer to those baboons, mind.. cheap jerseys One participant, Meryl Streep, giddily exclaimed: "I've never tweeted before!". Glowing backstage, she cradled her statuette: "I'm so happy to be holding this golden man.". Without recourse to naff CGI, he explained how the earth position in relation to the sun and moon induced climatic changes which somehow forced our forebears to think in order to survive, leading to an enlargement of cerebral capacity.. philadelphiaeaglesjerseyspop "Look, this was the first season for me," said Stern. cheapjerseys com To a standing ovation, Bono and U2 performed an acoustic version of "Ordinary Love," their Oscar nominated song from "Mandela: Long Walk to Freedom," a tune penned in tribute to the late South African leader Nelson Mandela. miamidolphinsjerseyspop Though the ceremony lacked a big opening number, it had a steady musical beat to it. cheap jersey wholesale review If the Mexican Cuaron wins best director for the lost in space drama, as he's expected to, he'll be the first Latino filmmaker to take the category.. wholesale nfl jerseys The story then cut to Kazakhstan where three inhabitants of the space station were coming in to land and Cox was on hand to get very excited about Euclid and Newton.. (Photo by Jordan Strauss/Invision/AP)(Photo: Jordan Strauss Jordan Strauss/Invision/AP)LOS ANGELES Perhaps atoning for past sins, Hollywood named the brutal, unshrinking historical drama "12 Years a Slave" best picture at the 86th annual Academy Awards..

Журнал вольнодумства

Нестандартный ЧВС

Виктор Деревянко, 54 года, выпускник Пензенского государственного педагогического института им. В. Г. Белинского (1983 г.). В 1987-2011 гг. проходил службу в органах КГБ СССР – ФСБ России.Окончил Высшие курсы КГБ СССР в Киеве (1988 г.), академию Службы внешней разведки России в Москве (1992 г.), юридический факультет педагогического университета в Пензе (2003 г.). Воинское звание – полковник. С января 2005 г. по июль 2009 г. находился на дипломатической работе в качестве помощника Посла России на Украине  В. С. Черномырдина  по вопросам безопасности. Проживает в Пензе. Настоящий текст написан специально для журнала «Парк Белинского».

В январе 2005 года я прибыл в Киев к новому месту работы в качестве первого секретаря посольства и помощника посла по вопросам безопасности. В наших посольствах в странах СНГ на эту должность, по согласованию с МИД России, направляются сотрудники ФСБ, временно переходящие на дипломатическую работу. Для краткости и ясности среди представителей дипкорпуса она звучит как офицер безопасности.

чвс_00001Примечательно, что до меня на это место назначались только московские, а с известного времени питерские коллеги. В силу некоторых причин тенденция изменилась, и я, сам того не ожидая, оказался на Украине.

         Знакомство с послом произошло в день прибытия. Мой предшественник через секретаря попросился на прием, и через пару минут нас пригласили в кабинет Черномырдина.

После моего представления Виктор Степанович предложил присесть, задал несколько вопросов: как зовут, нормально ли добрался, как устроился, откуда приехал? После того как услышал, что я из Пензы, кратко взглянул на меня, но комментариев не последовало.

Я так понял, что для него было неважно, что я не из Москвы или Питера. Зная, что эта должность является креатурой ФСБ, он не считал нужным влиять на принятое Лубянкой решение. Неделя ушла на принятие дел, и началась самостоятельная работа в самом специфичном (благодаря фигуре Черномырдина) российском посольстве.

Вообще, Виктор Степанович никак не укладывался в стандартные рамки. Должность его официально звучала так: Чрезвычайный и полномочный посол, специальный представитель Президента Российской Федерации по развитию торгово-экономических отношений с Украиной. Именно так подписывались все официальные  документы, исходящие из посольства.

Сам он на первое место ставил  свою работу именно как спецпредставителя. Еженедельно по средам у него в кабинете проводились совещания старшего дипломатического состава. Все они начинались с обсуждения вопросов экономического блока. Только потом переходили к политическим и гуманитарным делам, другим текущим проблемам.

Все наши посольства за рубежом имеют только одну должность советника посланника, являющегося по сути заместителем посла. У Черномырдина было два заместителя, один из которых курировал экономику. Целая группа дипломатов занималась мониторингом состояния двусторонних экономических отношений (обычно это вопрос торгпредства).

Виктор Степанович отлично знал все нюансы торговых конфликтов с Украиной, особенно в нефтегазовой сфере, и часто был единственным посредником, способным решать вопрос на уровне премьер-министров и президентов двух стран.

Прибыв на Украину как бывший премьер-министр, В. С. Черномырдин продолжал оставаться объектом государственной охраны. Целое подразделение ФСО занималось обеспечением его личной безопасности.

чвс_00002Три офицера в чине подполковников на постоянной основе были прикомандированы к посольству в ранге атташе. При погонах были также личные водители посла. Имелся «тяжелый», то есть бронированный, представительский автомобиль. Помимо обязанностей телохранителей, офицеры службы охраны выполняли различные распоряжения посла, решали множество организационных вопросов, по сути, были его порученцами (им самим больше нравилось слово адъютант).

С коллегами из ФСО мне приходилось тесно взаимодействовать, поскольку Виктор Степанович часто совершал поездки по стране, встречался с людьми, участвовал в различных массовых мероприятиях. Мне нередко приходилось сопровождать его, договариваться  о взаимодействии с местными правоохранителями и спецслужбами, поскольку обстановка, особенно на западе Украины, не всегда была доброжелательной.

В сфере моей компетенции был также вопрос физической охраны и технической защиты здания и территории посольства, других наших дипломатических учреждений, а также загородной резиденции посла.

Многое было сделано, чтобы максимально поднять уровень их защищенности. Подобные меры часто носят ограничительный характер. Мало кому понравятся все эти ограждения, решетки, блокирующие ворота, камеры наблюдения, рамочные металлоискатели, а также требования сдать мобильный телефон, показать содержимое карманов и сумок.

Надо сказать, что недовольные были и среди наших дипломатов, и среди иностранных гостей посольства. Но что касается самого посла (частично ограничения касались и его), претензий от него я ни разу не слышал.

Еще одной отличительной особенностью было наличие у В. С. Черномырдина руководителя секретариата. Это был помощник, занимающийся  паблик рилейшнз. Он ведал широким кругом вопросов, связанных с подготовкой публичных мероприятий с участием посла, его выступлений, статей и интервью, изданий книг, журналов, фотоальбомов под патронажем Черномырдина или о нем самом, организацией всевозможных торжественных приемов, музыкальных и творческих вечеров, встреч с общественностью.

Такой подход лично меня не удивляет, поскольку к моменту приезда на Украину В. С. Черномырдин уже был чрезвычайно известен и популярен. При его участии и покровительстве велась большая общественная работа, реализовывались масштабные двусторонние проекты в гуманитарной сфере. Существовал, если хотите, раскрученный бренд «ЧВС», и снижать планку, уходить в тень было бы нелепо, да и вредно для дела.

чвс_00003Несколько смущает только одно обстоятельство. Упомянутый выше личный пиар-менеджер, являясь мидовцем, за 8 лет пребывания на Украине прошел три должностных ступени дипломатической службы от первого секретаря до старшего советника посольства.

Впрочем, Виктор Степанович никогда не препятствовал карьерному росту подчиненных и неизменно подписывал представления, а МИД никогда не оспаривал решения Черномырдина.

Конечно, В. С. Черномырдин пользовался привилегиями, которых не имели не то что другие послы, но, думаю, и не все министры. У него был личный врач и личный повар.

Загородную резиденцию обслуживали несколько направленных по линии министерства иностранных дел специалистов и принятых на месте работников (это нормально при наличии огромного дома, нескольких вспомогательных зданий и построек, искусственного водоема и 9 гектар территории). В конце концов, резиденция – это государственная собственность России, а собственность нужно содержать в хорошем состоянии.

Об отношении самого Виктора Степановича к привилегиям может свидетельствовать такой факт.

В 2007 году в Кремле в очередной раз решили оптимизировать затраты на госаппарат. В частности, пересмотрели список охраняемых лиц. В число кандидатов на исключение попал и Черномырдин. При этом дали понять, что окончательное решение зависит от президента, и если поступит просьба, то, принимая во внимание заслуги, она, скорее всего, будет рассмотрена положительно. Кто-то из планируемых к исключению из списка чиновников, говорят, попросил.

Виктор Степанович не стал. В результате, офицеры ФСО (все они имели достаточную военную выслугу) потихоньку уволились в запас и уже в качестве сотрудников частной охраны продолжили свою работу. Конечно, их статус и полномочия изменились, но содержание деятельности нет. Повара нашли из числа персонала посольства (кстати, повар положен послу по штату). Бронированный мерседес списали с баланса.

чвс_00004Сложнее было решать вопрос со Службой государственной охраны Украины (аналог нашей ФСО). Дело в том, что по межгосударственному соглашению, лица, имеющие статус «объекта государственной охраны», находясь за границей, вправе рассчитывать на помощь местных служб. Все это делается, естественно, на основе взаимности и сопровождается соответствующей перепиской.

Согласно имевшимся договоренностям, украинские коллеги осуществляли охрану территории резиденции посла. Кроме того, действовало особое разрешение на въезд  В. С. Черномырдина (как охраняемого лица) в режимную vip-зону аэропорта «Борисполь». Были опасения, что украинская сторона откажется от прежних обязательств, тем более что, начиная с 2005 года, отношения между нашими странами серьезно ухудшились.

Как ни странно, этого не произошло (конечно, не без определенных усилий, в том числе и с моей стороны). Некоторые ограничения были введены, но в целом ситуация не изменилась. У меня сложилось твердое убеждение, что если бы на месте Черномырдина был кто-то другой, все сложилось бы иначе.

Яркой иллюстрацией, подчеркивающей особый статус В. С. Черномырдина в бытность его послом на Украине, может послужить такая история. Виктор Степанович был очень мобилен. Практически каждую неделю он на выходные летал в Москву. Были полеты и в другие города России и Украины, а также в Европу. В его распоряжении всегда был маломестный реактивный самолет, принадлежащий одной из российских компаний, ведущей бизнес на Украине.

Полеты Черномырдина в Москву имели большое значение для деятельности посольства, поскольку один из выходных дней, а то и оба, он посвящал решению служебных вопросов, встречался с президентом, министрами, политиками, бизнесменами. Эти встречи существенно повышали оперативность реагирования Центра на изменения обстановки на Украине.

Каждый раз посла провожали и встречали оба советника-посланника, руководитель секретариата и помощник по вопросам безопасности, то есть я. По мере необходимости приезжали руководители представительств Минэкономики, Минобороны, ФСБ, СВР, Таможенного комитета, другие старшие дипломаты. Иногда собиралась целая делегация. Это не было неким ритуалом, просто каждый использовал ситуацию для ознакомления посла с актуальной информацией.

Я уже упоминал, что вылет-прилет посла осуществлялся через vip-зону аэропорта. Все пассажиры, встречающие и провожающие, независимо от регалий, проходили через пункт контроля, где их багаж и личные вещи тщательно досматривались. Это нормальная практика, диктуемая интересами авиационной безопасности.

Исключением были только высшие руководители Украины и главы иностранных официальных делегаций. В дни государственных визитов украинской Службой государственной охраны вводился особый режим, когда машины с высокопоставленными лицами въезжали прямо на территорию аэропорта без досмотра. В остальное время действовал обычный режим.

Только В. С. Черномырдин всегда попадал на перрон без досмотра, въезжая в режимную зону на служебном автомобиле. Такой порядок удалось сохранить и после снятия с него статуса охраняемого лица.

чвс_00005Но тут уже заслуга службы безопасности аэропорта «Борисполь» и постоянная головная боль офицера безопасности посольства. Приходилось приезжать в аэропорт минимум за полчаса до отлета (прилета),  под свою ответственность оформлять отказ от досмотра, регистрировать паспорта пассажиров, решать другие вопросы. Иногда возникали проблемы, и таких поездок (40 км в один конец) в день могло быть несколько.

* * *

У В. С. Черномырдина как у руководителя был свой стиль и привычки. На работу Виктор Степанович приезжал ровно в 9.30. Точного времени окончания рабочего дня не было (обычно между 18 и 19 часами, иногда позже).

Совещания в его кабинете проходили каждую неделю именно по средам, а не по понедельникам, как обычно принято. Начинались совещания ровно в 10 часов утра и продолжались около часа.

Состав участников был постоянным – руководители подразделений посольства, руководители представительств министерств и ведомств: всего человек 15-17. Совещания по внештатным вопросам могли проходить в другие дни и с другим составом.

Обстановка на совещании была довольно свободная. По трем основным блокам вопросов, экономическому, политическому, гуманитарному (обязательная программа), докладчики были постоянными – оба советника-посланника, торгпред, руководитель российского гуманитарного центра.

Виктор Степанович выслушивал сообщения, задавал вопросы, делал замечания, сам доводил до собравшихся нужную информацию. Любой из присутствующих мог дополнить и высказаться по сути обсуждаемого вопроса.

Во второй части совещания каждый участник мог сделать сообщение по своей проблеме или задать интересующий его вопрос. Если вопрос требовал конфиденциальности (как часто было в моем случае), то можно было попросить у посла разрешения обсудить проблему в более узком составе или с глазу на глаз после совещания.

К подчиненным В. С. Черномырдин предпочитал обращаться на «ты», но по имени-отчеству. Фамильярности или высокомерия в его интонации не чувствовалось. Тех, кого он знал поближе и чаще общался, называл по имени. За руку здоровался редко, ограничиваясь устным приветствием.

чвс_00006Если возникала служебная необходимость встретиться с послом отдельно, достаточно было позвонить секретарше. Как только  посол освобождался, тебя приглашали к нему в кабинет. Иногда он сам приглашал, если возникали вопросы, касающиеся твоей компетенции.

График работы Черномырдина был таков, что он редко проводил целый день у себя в кабинете. Иногда приезжал на час-два, а остальное время было посвящено встречам и переговорам за пределами посольства.

Работать с В. С. Черномырдиным было одновременно и легко, и сложно. Лично мне импонировал его стиль руководства. Виктор Степанович никогда не вмешивался в работу руководителей подразделений посольства и представительств.

В принципе, его интересовало, чтобы система российских представительств на Украине работала четко и давала результат. Как эта система работает, он практически не знал и довольно слабо разбирался в специфических вопросах организации дипломатической службы. Вот тут и возникали накладки.

Все встречали такое выражение – «карьерный дипломат», то есть загранработник, прошедший все ступени службы, начиная с низов. Когда такой дипломат становится послом, проблем не возникает. Он не только обучен языкам и политесу, глубоко знает организационные основы дипломатической службы, но и хорошо знаком с ограничениями и запретами, ведь посольство – это режимное учреждение, где циркулирует закрытая информация.

Существуют правила поведения сотрудников и членов их семей, в том числе за пределами посольства. Соблюдение этих правил призвано не только защитить интересы государства, но и обеспечить личную безопасность наших людей.

Но Черномырдин не был карьерным дипломатом, а Украина  расслабляла наших людей. Все как у нас – язык, ментальность, традиции, законы, правила общежития. Как говорил Виктор Степанович: «У нас ведь все общее. И судьба, и труба, и песни».

Но на самом деле ситуация вокруг посольства, особенно с приходом к власти команды Виктора Ющенко, была непростая. Да и криминогенная обстановка в стране была не лучше, чем в России.

Для того чтобы дисциплинировать коллектив и иметь рычаги воздействия на нарушителей, нужно было издать ряд внутренних распоряжений и приказов, что является исключительной прерогативой посла.

Скажу честно, мне стоило больших трудов убедить Виктора Степановича подписать подготовленные проекты нормативных документов. Он никак не хотел вникать в суть проблемы. При попытках объяснить говорил: есть нарушения – сделай, чтобы не было. Устные аргументы он воспринимал плохо (видно, трудно было переключаться с высоких материй на рутинные, да еще и специфические вопросы), а письменные доклады часто оставлял без резолюций.

чвс_00007Но, как говорят, вода камень точит. В дальнейшем мне все же удалось заручиться поддержкой посла, и нужные распоряжения были им подписаны.

Его вообще мало интересовала организационная сторона жизнедеятельности посольства. Он не обращал внимания на то, что два его заместителя не очень ладят между собой и что этим пользуются подчиненные. В кадровую политику тоже сильно не вникал.

Его мало беспокоили существующие в МИДе ограничения по срокам пребывания сотрудников за рубежом. Обычно для дипломатов – 3 года, для технического состава – 2, с возможностью продления еще на один год.

Виктор Степанович был чрезвычайно лоялен в вопросах продления срока командировки. Этим пользовались те, кто желал подольше поработать в комфортной и близкой стране. Поэтому в посольстве были рекордсмены, проработавшие по два, три и даже четыре срока. В МИДе решения Черномырдина не подвергались ревизии.

Не считая нужным вникать в детали, посол никогда не ограничивал инициативу подчиненных, если это было в интересах дела. Так, у меня часто возникала необходимость выезжать в отдаленные от столицы
Украины города, где располагались наши консульские учреждения (генеральные консульства РФ имеются
в Харькове, Одессе и Львове, а ранее – и в Симферо-поле).

Строились новые здания консульств, реконструировались старые, что требовало постоянного внимания в плане обеспечения безопасности. Любая командировка дипломата по стране может состояться только с санкции посла и оформляется соответствующим приказом. Я сам готовил текст приказа с обоснованием необходимости поездки, лично докладывал послу. Не помню ни одного случая отказа.

Однажды произошел неординарный случай. В период президентства В. Ющенко небывалой остроты достигли дискуссии вокруг темы голода на Украине в 1932-1933 г.г. Украинские власти чрезвычайно политизировали этот вопрос, представляя дело так, что «голодомор» являлся актом геноцида, направленным на уничтожение именно украинского народа.

Голодомор приравнивался к Холокосту евреев в годы Второй мировой войны. Виновником геноцида объявлялась Россия. Апологеты такого подхода выставляли Россию «империей зла», веками угнетавшей и уничтожавшей украинский народ. На этом фоне происходила героизация бандеровцев и всех, кто когда-либо боролся с «клятыми москалями».

Такая точка зрения разделялась не всеми политическими силами, и в ноябре 2008 года по приглашению «Партии регионов» на Украину прибыла группа российских ученых и общественных деятелей для участия в научной конференции по спорным вопросам совместной истории.

Мероприятие проходило в два этапа – конференция в  Харькове и круглый стол в Днепропетровске. В Харьков отправилось несколько представителей посольства во главе с самим В. С.Черномырдиным, а в Днепропетровск оказалось ехать некому, кроме младших дипломатов.

чвс_00008Зная, что в составе российской делегации находится мой сокурсник и друг, известный историк-аграрник профессор Виктор Кондрашин, я сам попросил Виктора Степановича направить меня в Днепропетровск в качестве представителя посольства. Тем более что тема мне, как историку, была близка и понятна. Он согласился с предложением. И я получил редкую возможность сочетать приятное (встреча со старым товарищем) с полезным (представлять посольство).

Тема круглого стола звучала так: «История Украины: кто и зачем занимается ее фальсификацией». Дискуссия разворачивалась довольно остро. Большинство участников резко критиковали официальную позицию властей. Была принята соответствующая резолюция.

В поддержку резолюции я голосовать не стал, а выступить пришлось. В своем выступлении и интервью местному телевидению я заявил, что посольство России не разделяет точку зрения авторов теории умышленного геноцида исключительно украинского народа и что проект «голодомора» является не украинским, а американским, поскольку впервые тему начали муссировать в США.

Резюмировал свое выступление тем, что историческая наука может опираться только на факты и не должна использоваться для достижения сомнительных политических целей. С тем и разъехались.

Через две недели пресс-служба объединения «Свобода» (радикальное движение во главе с известным на Украине националистом О. Тягнибоком) распространила заявление под названием «Антиукраинские провокации осуществляются под наблюдением офицеров ФСБ?»

В заявлении был сделан акцент на моем утверждении, что «голодомор-геноцид» – американский проект. На этом основании мое высказывание объявили недипломатичным и антиукраинским. А поскольку я являюсь помощником посла по вопросам безопасности, то, возможно, я – кадровый сотрудник ФСБ. А раз так, то организаторы конференции (Партия регионов) связаны со спецслужбами России.

На этом основании объединение «Свобода» требует от МИДа Украины объявить меня «персона нон грата». С аналогичным заявлением выступил и один из депутатов Верховной Рады, избранный от Львовской области.

Узнав об инциденте (дайджест сообщений местной прессы, касающихся посольства, ежедневно докладывался послу) В. С. Черномырдин вызвал меня к себе в кабинет. Я даже не представлял, какова будет его реакция. На всякий случай приготовился к самому худшему. Выслушав мой доклад, Виктор Степанович спокойно сказал: «Не обращай внимания. Иди работай. Меня тут уже раз пять объявляли «персона нон грата».

чвс_00010Продолжения истории не последовало. Я спокойно доработал до конца командировки.

Через два с половиной месяца В. С. Черномырдин сам критически  высказался по поводу ситуации в украинской власти. Досталось и президенту В. Ющенко, и премьеру Ю. Тимошенко. Разразился очередной дипломатический скандал.

Виктора Степановича пригласили в МИД Украины, где министр иностранных дел В. Огрызко предупредил посла о возможности объявления его «персона нон грата».

Черномырдин прокомментировал этот факт фразой: «Напугали бабу … туфлями на высоком каблуке!» В оригинале это выражение звучит даже круче, чем поговорка про ежа, которого пытались напугать обнаженной частью тела.

Через две недели Верховная Рада отправила министра Огрызко в отставку, в том числе и из-за эпизода с Черномырдиным.

* * *

Работа дипломатической миссии – вещь всегда затратная. Любое посольство расходует значительные
финансовые средства. И чем больше посольство, чем важнее страна пребывания, тем выше расходы. Но бюджет министерства не резиновый, и оно пытается экономить.

Мне думается, что благодаря Черномырдину наше посольство на Украине недостатка в финансировании не испытывало. Это позволяло эффективно работать по всем направлениям, особенно по линии гуманитарного обмена.

Посольство оказывало помощь ветеранам Великой Отечественной войны, широко поддерживало учебные заведения, различные общества русской культуры, другие  организации соотечественников, проводило масштабные разовые мероприятия в гуманитарной сфере.

Ежегодно посольство организовывало государственный прием, приуроченный ко Дню России. Арендовались самые лучшие помещения, в частности, крупнейший в Киеве киноконцертный комплекс «Украина».

Количество приглашенных достигало 1600-1700 человек. Среди них были руководители Украины, министры, депутаты, деятели науки и культуры, крупные бизнесмены, военные, словом, элита украинского общества. Присутствовали иностранные послы.

Помимо торжественной части, всегда устраивался великолепный концерт с участием лучших российских коллективов: это были и Кубанский казачий хор, и хор Оренбургского казачества, и ансамбль Надежды Бабкиной, и другие. Под стать концерту был фуршет.

Большой прием устраивался и на Новый год. Состав был более узкий, приглашались только люди, которых Виктор Степанович знал лично и с кем поддерживал неформальные отношения. Среди них всегда был экс-президент Леонид Кучма с супругой, послы стран СНГ, представители российского бизнеса, некоторые артисты, представители организаций соотечественников. Присутствовал весь коллектив посольства. Всего было человек сто пятьдесят.

Это был уже не фуршетный вариант, гости сидели за столами. Была большая концертная программа. Но после того, как тяжело заболела супруга посла, Валентина Федоровна Черномырдина, новогодние вечера в таком виде не проводились.

чвс_00011Очень часто, по сравнению с другими иностранными дипломатическими миссиями, устраивались  приемы в самом посольстве. Некоторые из них приурочивались к торжественным датам – День дипломата, День защитника Отечества, День Победы, День пограничника, День работника органов безопасности.

Но больше было тематических приемов, посвященных юбилеям великих представителей русской культуры. Выступали известные драматические артисты, оперные певцы, музыканты, звучали произведения юбиляров. Можно без преувеличения сказать, что при В. С. Черномырдине в российском посольстве действовал один из самых известных в Киеве музыкально-театральных салонов.

Такого размаха не могло себе позволить ни одно иностранное посольство. Центральной фигурой на всех приемах, естественно, был Черномырдин. Не было отбоя от желающих пообщаться и сфотографироваться с ним. Бывало, выстраивалась целая очередь, чтобы получить снимок на память. Виктор Степанович никому не отказывал, был доступен и прост в общении.

* * *

Кому-то может показаться забавным, но определенные трудности в российско-украинских отношениях возникали из-за разногласий по вопросу употребления предлогов «в» и «на» перед словом Украина. По правилам русского языка, принято говорить «на Украине», «на Украину».

В независимом украинском государстве во всех официальных документах, выступлениях, печатных изданиях, телевизионных передачах используется предлог «в». В повседневном общении народ употребляет оба варианта.

Как рассказывали старожилы посольства, буквально с первых дней открытия дипмиссии нашим дипломатам пришлось выслушивать замечания сотрудников МИД Украины по поводу неправильного, по их мнению, употребления предлогов.

Чтобы не расстраивать коллег, наши легко перешли в официальной переписке на предлог «в», но получили «втык» от нашего МИДа, который строго потребовал соблюдать правила русского языка. Стали употреблять предлог «на» и вновь столкнулись с болезненной реакцией украинской стороны.

Доходило до того, что наши ноты, письма, обращения могли быть возвращены без ответа, если там была, например, фраза: «Посольство России на  Украине выражает свое глубокое уважение…».

чвс_00009В конце концов, нашли компромисс. Вся документация, предназначенная для украинской стороны, шла с предлогом «в». Все материалы, направляемые в МИД России и другие российские учреждения, имели перед словом Украина предлог «на».

Но в устной речи, многие наши дипломаты (в их число входил и В. С.Черномырдин) так и не смогли избавиться от привычки говорить по правилам русского языка, в чем их постоянно упрекали местные журналисты. За годы эта тема набила оскомину.

В июне 2009 года в посольстве России состоялся торжественный прием по случаю завершения работы В. С. Черномырдина в качестве Чрезвычайного и полномочного посла России на Украине. Событие это широко освещалось прессой и телевидением, поэтому на приеме присутствовало много журналистов.

Обстановка в зале соответствовала случаю. Звучали высокие оценки, слова признательности, теплые пожелания. Дарились цветы, памятные адреса, сувениры, исполнялись музыкальные номера. Весь коллектив посольства прощался со своим руководителем. Было по-семейному мило и уютно.

В конце приема, поблагодарив собравшихся гостей, Виктор Степанович направился к выходу. Уже на лестнице к нему подбежал молодой журналист какого-то местного издания и попросил разрешения задать вопрос. Я спускался по той же лестнице и стал случайным свидетелем состоявшегося диалога.

  Журналист: «Виктор Степанович, Вы восемь с лишним лет пробыли в нашей стране послом. Скажите, почему Вы все это время, вместо «в Украине», как принято у нас, говорили «на Украине»? Ведь это задевает национальные чувства многих людей!»

Черномырдин устало посмотрел на корреспондента, жестом попросил его наклониться и, снизив голос, сказал: «Молодой человек, а не пошел бы ты в …!» И еле слышно произнес короткое слово, с которым обычно употребляют предлог «на».

Выписки: подражание М. Л. Гаспарову

«…красивые жесты и вправду впечатляют – если они тебе по плечу».

Джон Фаулз. Волхв. «Иностранная литература», 1993, № 7 , стр. 51.

Пока комментариев нет. Будьте первым!

Оставить комментарий


— обязательно *

— обязательно *