cheap bike jerseys

Two hours into the ceremony, Alfonso Cuaron's box office hit and visual marvel "Gravity" had accrued six Oscars, winning for cinematography, editing, score, visual effects, sound mixing and sound editing. mlb jerseys You can't get that readily from canned pineapple. It has to come from a fresh pineapple. So when you first buy your pineapple, one of the things you want to do is take it and put it in something and turn it upside down. ALICE MONSAERT: This piece of equipment is called the BOSU, B O S U. It stands for "both sides up," and it evolved into the fitness industry from the stability ball. The stability ball is nice and round. Wine is a wonderful accompaniment to this dish. A chianti or zinfandel is a traditional wine paired with tomato sauce and pasta. The cannoli is a popular Italian desert that consists of a deep fried pastry with a sweet ricotta cream filling that is sprinkled with powdered sugar.. Many cereals contain refined grains that are sweetened with sugar. Although these cereals may taste good, they are high glycemic foods that can rapidly increase your blood sugar levels and soon lead to low blood sugar and more sugar cravings. Sugared cereals are especially dangerous and even life threatening foods for diabetics. Cooking (especially boiling) can zap up to 50 percent of the antioxidants in some vegetables, according to a 2009 study published in the Journal of Food Science.confirm what we suspected for some time: A positive outlook on life and laughter can actually help you to live longer, Harry says. For example, a Yale University study of older adults found that people with a positive outlook on the aging process lived more than seven years longer than those who did not, while a 2012 study published in Aging found that positivity and laughter are defining characteristics in people who celebrate their 100th birthday.Positive thinking increases the brain levels of the hormone Brain Derived Neurotropic Factor, which improves memory, helps to alleviate depression, and fights Alzheimer disease, Harry explains. What more, the simple act of laughing decreases levels of the stress hormone cortisol as well as inflammation, she says.Reach Your Target BMI: Add 3 YearsA barometer of body composition, body mass index (BMI) compares weight to height by dividing weight measurement (in kilograms) by squared height measurement (in meters). When we first started I said, 'I don't know. indianapoliscoltsjerseyspop Brad Pitt, left, and Steve McQueen pose in the press room with the award for best picture for "12 Years a Slave" during the Oscars at the Dolby Theatre on Sunday, March 2, 2014, in Los Angeles. It marks the first time a film directed by a black filmmaker has won best picture. The moptop prof communicates as if in the midst of a very jolly acid trip, all blissed out smiles and wide credulous eyes.

cheap nfl jersyes

And it's been an honor to be here for this first season.". cheap jerseys Singing his nominated "Happy" from "Despicable Me 2," Pharrell Williams had Streep and Leonardo DiCaprio dancing in the aisles.. She had pizza delivered, appealing to Harvey Weinstein to pitch in, and gathered stars to snap a selfie she hoped would be a record setter on Twitter, (1.4 million tweets in an hour and still counting). Sir David would have got a lot closer to those baboons, mind.. cheap jerseys One participant, Meryl Streep, giddily exclaimed: "I've never tweeted before!". Glowing backstage, she cradled her statuette: "I'm so happy to be holding this golden man.". Without recourse to naff CGI, he explained how the earth position in relation to the sun and moon induced climatic changes which somehow forced our forebears to think in order to survive, leading to an enlargement of cerebral capacity.. philadelphiaeaglesjerseyspop "Look, this was the first season for me," said Stern. cheapjerseys com To a standing ovation, Bono and U2 performed an acoustic version of "Ordinary Love," their Oscar nominated song from "Mandela: Long Walk to Freedom," a tune penned in tribute to the late South African leader Nelson Mandela. miamidolphinsjerseyspop Though the ceremony lacked a big opening number, it had a steady musical beat to it. cheap jersey wholesale review If the Mexican Cuaron wins best director for the lost in space drama, as he's expected to, he'll be the first Latino filmmaker to take the category.. wholesale nfl jerseys The story then cut to Kazakhstan where three inhabitants of the space station were coming in to land and Cox was on hand to get very excited about Euclid and Newton.. (Photo by Jordan Strauss/Invision/AP)(Photo: Jordan Strauss Jordan Strauss/Invision/AP)LOS ANGELES Perhaps atoning for past sins, Hollywood named the brutal, unshrinking historical drama "12 Years a Slave" best picture at the 86th annual Academy Awards..

Журнал вольнодумства

Пензенские корни Владимира Зазубрина

Татьяна Евневич, директор ГБУ «Государственный архив Пензенской области», специализируется на вопросах краеведения первой четверти XX века.  Статья написана специально для «Парка Белинского».

Он познал и славу и забвение.

До недавнего времени его называли «загадочным», «почти забытым», «неизвестным».

Между тем его роман «Два мира», написанный в
26 лет и впервые изданный в Иркутске в 1921 году, за пять лет издавался 12 раз: в Сибири, на Урале и в Москве.

По свидетельству современников, роман трудно было достать, в библиотеках выстраивались очереди. Это понятно: в литературе еще не было ни «Разгрома», ни «Чапаева», ни «Железного потока», ни «Тихого Дона», а творцы нового мира хотели читать о себе.

«Два мира» – первое большое художественное произведение о Гражданской войне. Оно получило  высокую оценку В. И. Ленина, который в разговоре с
М. Горьким сказал: «Очень страшная, жуткая книга, конечно, не роман, но хорошая, нужная книга».

К этому произведению неоднократно обращался
М. Горький в своих печатных выступлениях, письмах, речах. Он же написал предисловие.

Звали этого писателя Владимир Яковлевич Зубцов. Но для своей книги он взял псевдоним – Зазубрин.

* * *

Старейший советский писатель Борис Лавренев писал: «Помню, как в Политуправлении Туркфронта в 1921 году был до дыр зачитан всеми работниками первый (кстати, незаслуженно забытый) советский роман В. Зазубрина «Два мира».

Сейчас имя Владимира Яковлевича Зазубрина возвращается в отечественную культуру. Во многом это происходит благодаря сибирским исследователям его творчества, в частности сотруднику журнала «Сибирские огни» Владимиру Яранцеву, автору исследования «Зазубрин. Человек, который написал «Щепку».

Используя значительный документальный материал, В. Яранцев стремился «показать человека, решившего заняться литературой в роковые годы России».

* * *

К сожалению, описывая жизненный путь Владимира Зазубрина, автор исследования совершенно не останавливается на детских годах писателя. В силу каких-то обстоятельств этот период жизни Зазубрина Яранцеву, да и другим исследователям творчества писателя, практически неизвестен.

Между тем документы Государственного архива Пензенской области позволяют в некоторой степени рассказать о детстве писателя. Надо только помнить, что в то время он носил фамилию Зубцов.

В имеющейся литературе о месте рождения Владимира Зубцова приводятся неоднозначные сведения. И хотя многие называют г. Пензу, встречаются  утверждения, что родился он на тамбовщине. Думается, что документы нашего архива внесут ясность в окончательное решение этого вопроса.

* * *

В архивном фонде Пензенской духовной консистории в метрической книге Богоявленской церкви
(сейчас это здание занимает ДК им. Дзержинского) за 1895 год в первой части «О родившихся» имеется метрическая запись о рождении 24 мая (ст. стиля) у крестьянина Тамбовской губернии Козловского уезда Якова Николаевича Зубцова и его жены Веры Алексеевны сына Владимира.

Семья в Пензе проживала в доме по Кузнечному порядку. Дом ранее принадлежал Ольге Васильевне Любимовой, но в 1895 году вся усадьба была куплена у неё за 3 тысячи рублей Иваном Николаевичем Зубцовым. Возможно, это был брат Якова Николаевича.

Как следует из архивных документов, усадьба состояла из жилого дома, трех жилых флигелей, хозяйственных построек и сада. Один из этих флигелей и занимала семья Якова Николаевича Зубцова. Оба брата являлись железнодорожными служащими.

* * *

События революции 1905-1907 гг. не обошли стороной и Пензу.  Хотя по размаху и организованности рабочее движение Пензенской губернии нельзя сравнить с соседними губерниями, начало революции в ней было отмечено довольно крупными волнениями рабочих, интеллигенции и учащейся молодёжи. 9 декабря на станции Пенза I началась стачка, которую возглавили социал-демократ машинист Н. Степанов и телеграфист Г. Морозов.

Документы нашего архива свидетельствуют о том, что и отец будущего писателя являлся одним из организаторов этого выступления железнодорожников. Из донесения начальника Пензенского отделения Самарского жандармского управления железных дорог пензенскому губернатору следует, что 9 декабря 1905 года к нему в дежурную часть обратились члены артели носильщиков багажа с заявлением, что «…агент передачи грузов Яков Зубцов, машинист депо Нестер Степанов и телеграфист Григорий Морозов с угрозами склоняли их к забастовке».

Указанные лица уже были на заметке у жандармов, поскольку оказывали вредное влияние на служащих и в предыдущих волнениях. Терпение жандармов лопнуло, и трое смутьянов были заключены в тюрьму.

10 декабря в ответ на арест членов стачкома железнодорожники и примкнувшие к ним солдаты воинских эшелонов, общим числом около тысячи человек, потребовали освобождения арестованных. И начали разоружать жандармов и полицейских.

11 декабря власти были вынуждены освободить арестованных. Стачка продолжалась до 20 декабря 1905 года.

О дальнейшем участии Якова Зубцова в революционном движении сведений не обнаружено.

* * *

Яков Зубцов, желая дать образование сыну Владимиру, отправляет его на учёбу в 5-е Пензенское приходское училище. Затем в августе 1906 года Яков Зубцов обращается с прошением к директору Пензенской 1-й гимназии с просьбой о допуске Владимира к испытаниям для поступления в гимназию.

Выдержав успешно испытания, Владимир, которому исполнилось 11 лет, зачисляется в 1-й класс гимназии.

Социальный состав учеников был довольно разнообразный: это дети дворян, купцов, мещан, священнослужителей. Детей крестьянского сословия, к которому принадлежал Владимир, в классе было немного.

Интересен факт, что одноклассником Владимира являлся Роман Борисович Гуль, будущий известный писатель-эмигрант.

Вот как Р. Б. Гуль описывает в одном из своих романов родное учебное заведение: «Здание пензенской гимназии необычайно обширно, мрачно, бывший дворянский пансион Николаевской эпохи. Гулкие коридоры, грандиозные классы с громадными окнами в сад, портреты царей в актовых залах, где столы накрыты зеленым сукном с позументом. Обучались тут наукам – неистовый Виссарион Белинский, террорист Каракозов с товарищами Ишутиным, Загибаловым, Ермоловым, дворяне-революционеры Войнаральский, Теплов. Стройными рядами маршировали на молитву гимназисты в серых полувоенных куртках; молилась – пела хором – вся гимназия; на правом фланге второклас-сников стоит высокий, вихлястый темный шатен, красивый мальчик, под ежика, серые странно-разрезанные, чуть навыкате глаза, в фигуре что-то неуравновешенное, но сильное и упорное. Это – Тухачевский».

Будущий советский маршал учился в гимназии двумя классами старше Романа Гуля и Владимира Зубцова.

* * *

Особым прилежанием в учёбе Владимир не отличался. В последующие классы его переводили после осенней переэкзаменовки по двум, а то и более предметам.

Примерно в 1907 году семья переезжает в Сызрань. По мнению большинства авторов биографий писателя, Якова Зубцова высылают из Пензы за революционную деятельность. Однако Владимир продолжает учёбу в гимназии, выезжая к семье только на каникулы, о чём свидетельствуют записи в журналах гимназии.

В отсутствие родительского надзора интерес у Владимира Зубцова к учёбе окончательно падает. Отметки по всем предметам становятся значительно хуже.

Однако поведение Владимира оценивают на «отлично», что довольно странно, потому что в журналах появляются замечания: «…наказан за грубую шалость – облил детей прислуги чернилами», «…без всяких оснований отпрашивался с последних уроков, а часто и уходил без спросу» и т.п.

* * *

14 января 1909 года Яков Зубцов обращается к директору Пензенской 1-й гимназии с письмом следующего содержания: «Не имея в настоящее время средств к продолжению воспитания своего сына отдельно от себя в другом городе, я поставлен в необходимость покорнейше просить распоряжения Вашего Высокородия об увольнении сына моего Владимира Зубцова из III класса вверенной Вам гимназии, при чем благоволите не отказать в выдаче ему надлежащего свидетельства о прохождении курса, с удостоверением того обстоятельства, что он уволен в текущем месяце по моему прошению из III класса гимназии по неимению средств к продолжению воспитания».

Решением педсовета гимназии от 4 февраля 1909 года Зубцов Владимир из гимназии был отчислен. В выданном им свидетельстве об успехах преобладают удовлетворительные отметки. Так закончился пензенский период жизни Владимира Яковлевича Зубцова.

* * *

Нельзя сказать, что и дальнейшая биография будущего писателя известна с достаточной полнотой.

Известно, что Владимир Зубцов продолжил образование в Сызранском реальном училище, откуда был исключен после 7-го класса и арестован за участие в деятельности РСДРП и сотрудничество с большевистской газетой «Заря Поволжья».

С этого ареста начинается весьма  смутный период в его биографии.

Дело в том, что в тюрьме Владимир Зубцов становится агентом охранки. Сам он утверждал, что это было сделано по заданию Сызранского комитета РСДРП(б), чтобы установить пробравшихся в ряды организации провокаторов.

Вплоть до марта 1917 года Владимир Зубцов прослужил в жандармском отделении.

В августе 1917 года Зубцова мобилизуют в армию, и он оказывается в Павловском юнкерском училище, где примыкает к училищному ревкому. Октябрьские события он встретил в Петрограде.

После революции, с ноября 1917 по февраль 1918 года, Зубцов — секретарь комиссара Государственного банка, а с февраля 1918 года он снова в Сызрани.

Белочешский мятеж и установление на временно освобожденной от большевиков территории власти Уфимской директории во главе Н. Д. Авксентьевым, кстати, также нашим земляком, приводят Владимира Зубцова в военное училище.

По окончании учебы в июне 1919 года его назначают командиром взвода 15-го Михайловского стрелкового добровольческого полка, состоящего из рабочих пермских заводов.

Зубцов сумел убедить солдат и офицеров своего и соседнего взводов перейти на сторону красных.

Далее он редактировал газету политуправления 5-й Армии «Красный стрелок». На страницах этого издания глава за главой и печатался роман «Два мира». Начиная с этого времени, Владимир Зубцов берёт себе псевдоним – Зазубрин.

* * *

В 1922 году Владимир Зазубрин демобилизовался из рядов Красной Армии и обосновался в Канске. Здесь написал повести «Бледная правда», «Общежитие» и уникальное произведение о революции, о чекистах – «Щепка», в дальнейшем расширив его до романа.

В течение 5 лет Владимир Зазубрин работал секретарем, а затем редактором журнала «Сибирские огни», принимал активное участие в создании Сибирского союза писателей, публиковал рассказы.

В 1928 году на писателя была устроена настоящая травля. Его освобождают от должности редактора «Сибирских огней», руководства Сибирским Союзом писателей, исключают из партии. В конце концов, Зазубрин переехал в Москву, где работал в Госиздате, затем редактором в организованном М. Горьким журнале «Колхозник».

По рекомендации Горького присутствовал в качестве делегата от московской писательской организации на Первом съезде советских писателей. В начале 30-х гг. он создает роман «Горы», посвященный драматическим событиям на Алтае, развернувшимся в 20-е гг.

В 1937 году, во время сталинских репрессий, Владимир Яковлевич и его жена Варвара Прокопьевна были арестованы органами НКВД, а 27 сентября 1937 году писатель был расстрелян.

В 1942 году на полях Великой Отечественной погиб его единственный сын Игорь.

4 августа 1956 года с В. Я. Зазубрина и его жены
В. П. Теряевой-Зазубриной были сняты необоснованные обвинения. После 20-летнего перерыва был вновь напечатан роман «Два мира».

Роман «Щепка» при жизни писателя не печатался и считался утерянным. Однако в 80-е гг. роман обнаружили в отделе рукописей Государственной библиотеки им. В. И. Ленина.

Но впервые фрагменты из «Щепки» опубликовали в журнале «Сибирские огни» лишь в 1989 году. Этому в значительной степени посодействовал известный писатель Виктор Астафьев.

А в 1992 году по роману российскими и французскими кинематографистами был снят фильм «Чекист». Режиссером фильма стал Александр Рогожкин, известный по его другим фильмам – «Особенности национальной охоты», «Улицы разбитых фонарей», «Блокпост» и «Кукушка».

* * *

Владимир Яковлевич Зазубрин прожил яркую, насыщенную событиями, но, увы, недолгую жизнь. Финал её был трагичен.

Это была общая судьба поколения – служить революции и стать ее жертвой. Нельзя не согласиться с высказыванием исследователя творчества В. Я. Зазубрина Владимиром Яранцевым: «Зазубрин – и плод своего времени, и его жертва».

Выписки: подражание М. Л. Гаспарову

«Поразительный феномен, когда люди на что-то смотрят и не видят, не извлекают опыт».

Мераб Мамардашвили. Необходимость себя. Лекции. Статьи. Философские заметки. М.: Издательство «Лабиринт», 1996, стр. 126.


«Я считаю, что идея может быть верна, пока она не утвердилась в умах, а как только это случается, она переходит в свою крайность. Нарушается мера, возникает какая-то избыточность, раздувание, которые и делают идею ложной».

Эжен Ионеско. Между жизнью и сновидением. Беседы с Клодом Бонфуа. «Иностранная литература», 1997, № 10, стр. 123.

* * *

«Грозный трибунал, – предупреждал Бригадин, – может признать тебя виновным в преступлениях действительных или предполагаемых, не делая между ними никакого различия».

Джакомо Казанова. Мемуары. Переработанное издание 1877 г. Саратов: Издательство С. Кознова, 1991, стр. 12.

* * *

«Ничто не может остановить автора, который однажды познал запах типографической краски».

Иван Супек. Еретик. Издание второе. М.: Издательство «Радуга», 1985 г., стр. 245.

* * *

«Единственное, что вас интересует, – это расправиться с автором посланий, ведь так?… Для вас и ваших шефов плоха не сама проблема, а то, что кто-то осмеливается говорить о ней вслух. Все сводится к голове, которую можно и нужно отрубить».

Артуро Перес-Реверте. Кожа для барабана, или Севильское причастие.  СПб.: Азбука, 2001, стр. 360.

Пока комментариев нет. Будьте первым!

Оставить комментарий


— обязательно *

— обязательно *